Сделать стартовой Добавить в избранное Контакты Обратная связь RSS-лента новостей
apelcin.ru » Интервью » Солмаз Гусейнова: Свобода выбора для меня важнее материальной стабильности
Календарь
«    Апрель 2020    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
 
Архив
Апрель 2015 (359)
Март 2015 (365)
Февраль 2015 (289)
Январь 2015 (199)
Декабрь 2014 (289)
Ноябрь 2014 (242)
Популярное

Солмаз Гусейнова: Свобода выбора для меня важнее материальной стабильности

Выставка «Решающее мгновение» в рамках фестиваля «Дни жанровой фотографии», которая открылась в фотографическом музее «Дом Метенкова», стала подарком для зрителей и предметом споров для профессионалов-фотографов. О том, как сегодня стоит определять жанровую фотографию, какими качествами должен обладать фотокорреспондент и насколько трудна дорога от глянца к социальной фотографии в интервью «Апельсину» рассказала куратор выставки, фотограф Солмаз Гусейнова.

– Солмаз, как лично Вы для себя определяете, что такое жанровая фотография?

– Не знаю, как для остальных кураторов выставки, среди которых фотограф, один из учредителей Фонда «Петербургские фотомастерские» Ольга Корсунова, фотограф Евгений Мохорев, руководитель региональной программы выставок и семинаров фонда «Объективная реальность» Лариса Гринберг – а для меня этот вопрос является открытым. Выставка – лишь один из этапов проекта. При отборе работ кураторам удалось достичь компромисса. Но вопрос, что такое жанровая фотография остается открытым, коль скоро он вызывает дискуссии у зрителей, и, что самое главное – у коллег-фотографов. Поэтому мне интересно, чтобы этот проект спровоцировал внимание к современной документальной фотографии в целом. Дело в том, что сегодня в бытовом плане фотография стала значительно доступней, чем это было раньше. Мы с вами понимаем, что у каждого есть ручка, но этого недостаточно, чтобы стать писателем. Надо повышать и фотографический уровень, и уровень зрительского восприятия. А сделать это можно только посредствам «насмотренности», то есть нужно показывать людям актуальные выставочные проекты. Этим занимается, например, фестиваль «Открытая фотография». Мне, действующему фотографу, также интересно участие в подобных проектах, хотя это и требует большого эмоционального вовлечения. Их устроительство всегда похоже на небольшое сумасшествие.

– А насколько для фотографа важно быть любопытным?

– Хороший вопрос. Самое страшное, когда уходит желание снимать. Бывает так, что, понимаешь – прошло. Но это общий принцип для творческого человека: художник перестает писать, поэт – сочинять. Наверное, я ввязываюсь в кураторство именно тогда, когда не могу фотографировать.

– Как получилось, что Вы обратились к фотоискусству?

– Начну с того, что мне очень повезло, будучи человеком, совершенно далеким от фотографии и подобных безумств, я поступила на Фотофакультет им. Гальперина Санкт-Петербургского творческого Союза журналистов. При этом я попала в группу к куратору Сергею Максимишину. Занятия на факультете длились два года и проходили раз в неделю. Это не очень интенсивный, но достаточно протяженный курс. В его рамках проводятся мастер-классы, которые чередуются с практическими занятиями. Последние предполагают то, что мы должны приносить на каждое из занятий по две съемки на разные темы, одна из которых – творческий конкурс. Например, задана тема «Транспорт». Нужно принести съемку, отличающуюся от еще 120-ти подобных, при этом, чтобы она была технически, художественно, композиционно совершенна. Признаюсь, приходилось как следует поломать голову, не прибегая к архиву, снять что-то более или менее оригинальное. И так все два года. В течение первого я не очень понимала, чем я занимаюсь и куда попала, а потом поймала себя на том, что в школе, работая психологом, я больше фотографирую, чем занимаюсь своими прямыми обязанностями. Я не могла позволить себе два хобби. Мне пришлось поменять профессию. Есть люди, которые легко переключаются с одного вида деятельности на другой. У меня же фотография активно вытесняла основную на тот момент профессию. На очередных летних каникулах я поняла, что надо определиться окончательно. Если бы за это лето я поняла, что не могу заниматься фотографией, мне пришлось бы оставить это дело, потому что мне легче отказаться от чего-то совсем, чем жить, постоянно себя сдерживая. Оказалось, что я могу позволить себе фотографию, могу работать в ежедневной, еженедельной газете. Меня позвали снимать в издательский дом, и я работала сразу на несколько изданий. Получилось так, что полтора года я работала на глянец, мне нравилось фотографировать все, что бы мне ни задали. Потом, после вынужденного двухмесячного отпуска, я поняла, что больше заниматься этим не буду, и постепенно оставила все издания. Начала работать самостоятельно, снимать что-то свое. Конечно, от всех съемок, которые сваливались на меня, я не отказывалась. При этом у меня была возможность выбирать. Материальное положение стало менее устойчивым, но оказалось, что возможность выбора для меня важнее. И важна до сих пор. Сегодня я могу назвать себя фриланс-фотографом, фриланс-куратором.

– Видно, что Вы человек увлекающийся. Это как-то отражается на процессе фотосъемки?

– Да, для того, чтобы что-то снять, мне важно погрузиться в окружающую среду. Есть люди, которые, предполагая снять какую-то историю, заранее изучают тему, представляют, что они будут снимать и как, какие будут крупные планы, расставляют какие-то акценты. Такие фотографы в процессе съемки работают в том сценарии, который сложился у них в голове. На конечный итог это, конечно, не влияет, фотография не перестает быть документальной. Думаю, это очень зрелое и правильное отношение к съемке. Но я человек эмоциональный, попадая в ситуацию, работаю, исходя из того, что происходит вокруг. Иногда я пытаюсь себя направить и задаюсь вопросом: «А где же мой крупный план?» Но меня ведет ситуация, я реагирую на те раздражители, о появлении которых до съемки я даже не могу предположить. Есть фотографы, которые реагируют на графику, на какие-то эмоциональные состояния, на цветовые пятна. Каждого из нас стимулирует нажать на спуск что-то свое.

– Существуют какие-то особые рецепты «незаметности»? Ведь именно она необходима для того, чтобы как можно лучше вписаться в атмосферу того места, где проходит съемка.

– Об этом говорят многие фотографы, есть такой метод – «привычная камера». Например, Сергей Максимишин рассказывал: «Вы приходите на рынок, расставляете свои вещи, достаете камеру, долго протираете объектив. В итоге: все вас заметили, те, кому нужно, – «сделали ноги» или успели выказать свое отношение к происходящему. Дальше вы подходите к той бабушке, которую выбрали для съемки, и просите сфотографировать ее роскошные яблоки. Бабушка горда, что ее фрукты вызвали такой интерес. Вы снимаете яблоки, а заодно – и эту самую бабушку и еще пол-рынка на третьем плане»… Дальше начинает работать физиология. Человек может находиться в постоянном напряжении, то есть тотально себя контролировать не больше 10 минут. Потом наступает естественный процесс торможения, камера становится для объекта съемки привычной. Получается, что фотограф находится в гуще событий, и его там просто не замечают, именно потому, что он находится там долго. На него перестают реагировать. Увидите, что через 5-7 минут ваша бабушка и думать про вас забудет. Конечно, если вы прибежите на съемку на три минуты и скажете: «Так, никому не обращать на меня внимания», – люди могут постараться вам помочь, если вы сумели их расположить к себе, но результат будет совсем другим.

– Приходилось ли Вам снимать в таких местах, где «привычную камеру» было сложно применить?

– Суперэкзотических съемок, наверное, не было. Сложнее всего добиться незаметности в таких местах, где люди находятся в постоянной изоляции и любой новый объект для них – это какое-то разнообразие. Я говорю о детских домах, больницах, местах заключения. Сколько бы ты там не находился, ты всегда будешь в центре внимания. Последний год я как раз много занимаюсь разными социальными проектами. Если дети или взрослые находятся в социальной изоляции, им интересно то, что ты делаешь ровно столько, сколько ты это делаешь. Потому что их «долго» несопоставимо с нашим, они знают, что поток новых впечатлений скоро закончится. На 2-3 день съемок внимание таких людей постепенно ослабевает, можно приступать к настоящей работе. У классиков был такой трюк: фотограф приходил на съемку с двумя камерами, с пленкой и без нее. Пока вокруг была неподходящая обстановка, он снимал без пленки, главное было вовремя вспомнить о втором фотоаппарате. Когда люди переставали улыбаться в камеру или отворачиваться, зажиматься, можно было начинать снимать.

Кстати, я не люблю, когда меня фотографируют. Если я чувствую камеру, то даю понять, что меня снимать не надо.

– Как получилось, что, начиная работать для глянца, Вы переключили свое внимание на социальные проекты?

– Возможно, сказывается первая профессия. дети, пограничные состояния – мне это интересно. Я встречаюсь с людьми, живущими в особых условиях, когда им приходится решать проблемы, с которыми в обычной жизни мы не сталкиваемся. Это касается неустроенных детей из так называемой «группы риска», людей с проблемами опорно-двигательного аппарата. Им приходится вступать во взаимодействие с обществом, которое просто не реагирует на их существование. В прошлом году в Питере начался проект по созданию подросткового сайта-путеводителя, участники проекта – ребята из гимназии и школы для детей с проблемами опорно-двигательного аппарата. Все они получают маршрутные листы и выезжают в город на специальном автобусе. Добравшись до изучаемых мест, они фотографируют то, что считают необходимым, опрашивают прохожих, берут интервью у специально приглашенных гостей проекта (художников, скульпторов, ученых, военных), делают путевые заметки. Потом проходит общее обсуждение, и полученным материалом заполняется сайт. Это социальный проект? Да. Это культурный проект? Безусловно. Кстати, он позволяет обратить внимание на то, что люди с проблемами опорно-двигательного аппарат не могут попасть в большинство музеев просто потому, что там не предусмотрены специальные подъезды. Я понимаю, что сложно исправить ситуацию в старых домах, но почему это не делается в новых постройках?

Есть еще пример: питерский детский дом при больнице, куда помещают детей с ВИЧ-инфекцией. Заразиться от этих детей возможно только в том случае, если вы перельете себе литр их крови. С точки зрения медицины ситуация стабильна и проблема решается. С социальной точи зрения она просто замалчивается. Фотографировать этих детей и помещать снимки в периодическое издание пока еще опасно, в первую очередь, для самих ребят. Люди боятся их не потому, что ничего не знают о ВИЧ. Они просто не хотят знать. Складывается ощущение, что даже информация заразна. Но об этом нужно говорить, стараться изменить общественное мнение в отношении этих людей.

Принимая участие в социальных проектах, я понимаю, что люди, находящиеся в сложнейших условиях, гораздо шире смотрят на мир и доброжелательнее относятся к окружающим. Пока я активно работала для глянца, я была недоступна для этой информации. Мне кажется, что я могу сделать больше, участвуя в таких проектах, чем снимая, например, портреты.

– То есть Вам важно чувствовать себя полезной?

– Да. Я могу себе что-то разрешить, если чувствую себя полезной. Но это моя личная проблема. Нужно быть абсолютно освобожденным о предрассудков гениев, как Сальвадор Дали, чтобы сказать: «Я гений, я хочу!» Мне же нужно чувствовать, что я занимаюсь нужным делом, чтобы разрешить это себе.

– В таком случае, фотография для Вас это способ изменить себя или окружающий мир?

– Мне интересно так жить. Я знаю людей, которые любят путешествовать и поэтому снимают. Фотография – способ оказаться там, где бы тебя не было, не будь ты фотографом. Могу сказать, что это действительно работает!


Ольга Зубова.
Автор: ИА "Апельсин"

26-04-2006
Рейтинг:
 (голосов: 1)
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Другие новости по теме:
Информация
Комментировать новости на сайте возможно только в течении 30 дней со дня публикации.
Авторизация
Реклама

Другие новости

Астерикс осиротел: скончался художник Альбер Удерзо
Астерикс осиротел: скончался художник Альбер Удерзо

Каннский кинофестиваль перенесен
Каннский кинофестиваль перенесен

Кинофестиваль в Женеве: показы и награждения онлайн
Кинофестиваль в Женеве: показы и награждения онлайн

"Citizens of Boomtown" - альбом возвращения
"Citizens of Boomtown" - альбом возвращения

Fantasporto: 40 лет крови и юмора
Fantasporto: 40 лет крови и юмора

Появился новый отрывок мультфильма по Mortal Kombat со Скорпионом
В сети появился новый отрывок мультфильма Mortal Kombat Legends: Scorpion’s Revenge, в котором появляется сам главный герой. По сюжету, Скорпион во время поисков Саб-Зиро натыкается на одного из ...

Появился трейлер нового мультсериала автора «Времени приключений»
Netflix опубликовал полноценный трейлер нового мультсериала «Полуночная проповедь» (The Midnight Gospel), соавтором которого выступил создатель «Времени приключений» Уорд Пенделтон. Вторым автором ...

Умерла «девушка Бонда» Онор Блэкман
Британская актриса Онор Блэкман скончалась 6 апреля 2020 года в возрасте 94 лет в своем доме в Льюисе, графство Сассекс.

Актер озвучивания в Uncharted: «Роль Салли не подходит Марку Уолбергу»
Актер озвучивания Нолан Норт считает, что роль Виктора Салливана в экранизации игры Uncharted не подходит Марку Уолбергу. Об этом он рассказал в шоу Retro Replay на YouTube.

Запущен стриминговый сервис коротких видео Quibi
Некоторые аналитики считают, что сервис, который уже привлек финансирование на общую сумму $1,8 млрд, был запущен не в самое удачное время — во время введенного в разных странах карантина люди скорее ...

   
Свидетельство о регистрации СМИ ИА № ФС77-47478 от 25.11.2011.
С возможностью размещения рекламы на сайте можно ознакомиться здесь.
При копировании материалов сайта обязательно используйте активную ссылку.
© Информационное Агентство "Апельсин", (343)380-23-27, apin@apin.ru.
Яндекс цитирования Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru